Я не сомневался, что советские люди живут в самой счастливой стране, в самое прекрасное время. В послевоенные годы многие пожилые люди откровенно завидовали молодому поколению. На их долю пришлись такие испытания, что  их  трудно было пересказать, описать, объяснить, тем более глубоко прочувствовать. Темы гражданской и Великой Отечественной были святыми, каждая семья пострадала в  этих  кровавых мясорубках.

 

И когда , участники великих  сражений  оставшиеся в живых  хвалили жизнь, которая после войны  стала  лучше,  но  иногда  кое-чего  не хватало,  добавляли… « Лишь бы не было войны».  И нам , молодым, подсознательно передавалось тревожное чувство,  казалось что наше счастье и вся жизнь находятся под угрозой.

Мы,  юные следопыты, с удовольствием лазили по ДОТАМ, ОСТАВШИМСЯ С ВОЙНЫ,  ЗНАЛИ ЧЕМ  ОТЛИЧАЮТСЯ ОТ ДЗОТОВ ,  ЧАСТО НАХОДИЛИ НА МЕСТАХ МИНУВШИХ БОЕВ РЖАВОЕ ОРУЖИЕ И БОЕПРИПАСЫ, ОЧЕНЬ ГОРДИЛИСЬ СЛАВОЙ СВОИХ ОТЦОВ И ДЕДОВ- ФРОНТОВИКОВ, РАЗГРОМИВШИХ  ФАШИСТОВ. 

 

Я  с детства мечтал стать офицером, готовил себя к воинской службе. В мои школьные годы основное внимание нашей мамы было  сосредоточено на успеваемости старшей сестры Софы, уж очень мама хотела, чтобы ее  любимая  девочка  стала  врачом.

Что же касается меня, то контроль над моей учебой почти отсутствовал, и у меня начались проблемы с успеваемостью.  Отцу было трудно тянуть одному всю нашу большую семью, у нас было три брата и три сестры.  Поэтому родители решили, что мальчики должны приобрести специальность и работать, чтобы помочь семье.

 

Окончив семь классов, я поступил работать в ОРС ДН-2 Кишиневской железной дороги, а учебу продолжал в вечерней школе рабочей молодежи, где закончил 10 классов и получил аттестат зрелости, что дало мне возможность осуществить свою мечту- поступить в офицерское училище. Но для этого, как говорил мой старший брат- участник  Второй мировой войны против нацизма, воин – десантник  нужна хорошая физическая подготовка.  И я стал заниматься французской  \Греко- Римской  \ борьбой.

Спорт  сильно повлиял на мое сознание, он дал мне путевку в жизнь. Я поступил в Киевское Общевойсковое Командное училище имени Рабочих Красного  Замоскворечья,  где  был конкурс 4  абитуриента на  одно место. Курсанты нашего училища участвовали в парадах Победы, в  Почетных  караулах  при встречах  членов  Правительства и иностранных гостей.

 

Большое внимание в училище,  наряду с основными предметами обучения, уделялось вопросу  военно-патриотического воспитания молодежи на примерах участников героической борьбы многонациональных Вооруженных Сил Красной- Советской  Армии против  фашизма.  Несмотря на загруженность в учебе, спорте, я активно участвовал в работе военно - патриотического  кружка. Описывал встречи с ветеранами войны, рассказывал о их подвигах в борьбе против нацизма.

Любовь к этой работе я сохранил на всю жизнь. Вот и сегодня решил рассказать нашему читателю о батальоне, в котором сражались бойцы разных национальностей, в том числе и воины- евреи.

 

В канун ясного летнего воскресного дня 22 июня 1941 года выпускники школы решили выехать на природу, отметить день окончания учебы. У каждого из них был свой план- кто мечтал стать врачом,  кто учителем, инженером, а кто решил продолжить славные традиции своих отцов и дедов- стать офицерами непобедимой Красной Армии.

Все с криком  Ура!  Кинулись к речке и долго, не  замечая  времени , купались, наслаждаясь бодрящей  свежестью воды.   « Гляньте—кто-то изо всех сил бежит к нам,»- щурясь  глазами, кивнула  в  сторону  бегущего  Фаина,  первой,  увидевшая  бежавшего к  ним  Семена, кричавшего и на ходу размахивающего руками». « Не  беда ли   стреслась», ? – подумали ребята.  

Подбежавший  слизнул  с  губ  набежавшую  слюну  и перекошенным  ртом,   испуганным лицом от психологического потрясения разом выкрикнул: «  Война !  Папа, война началась! Мама ждет всех домой».  Что..о..о? протянул дрожащим голосом сопровождавший ребят папа Володя – Война? Чего вдруг, тяжело вдохнул, стоявший рядом с ним Матвей, спохватившись, он глянул на побледневших стоящих рядом ребят.

« Надо  срочно уехать, -  простонала мать  Семена  Ривка,  и  в  ее  черных  глазах, широко раскрытых, неподвижных отразился ужас.  Испуганные, ставшие ему незнакомыми глаза матери,  и  ее  осевший  голос  потрясли  его  до  слез.

 

Папа Матвей спокойно произнес: « Надо пойти  в  райком, там скажут мне,  как  быть, что предпринять».  На площади Ленина огромная толпа, гремит оркестр, молодежь устремляется к сколоченной наспех трибуне, у которой сидит группа военных и  партийно- комсомольских работников города Дубоссары. Идет запись добровольцев на фронт.

В  сильном голосе военкома слышатся оттенки самых различных чувств: и горечи, и ненависти, и мужественной решимости -  разгромить и уничтожить фашистов.

Люди слушают затаив дыхание, ловят каждое слово военкома. « Товарищи ! Вчера жители города приняли решение о добровольном  уходе на войну. Сегодня мы провожаем их  на фронт».  Оркестр заиграл  марш  танкистов .  \  в  городе  стояла  танковая  часть \.

 

Добровольцы пошли к машинам, по одному усаживались в кузова.  Машины, оставляя пыльный  след , нырнули за угол и скрылись из виду.

Второй месяц  шла война, добровольцы постигали под Москвой нелегкую солдатскую науку, науку, без которой не подготовишь настоящего бойца, будущего  победителя:  рыли  окопы, стреляли,  « атаковывали »  и  « жгли»  танки противника, поднимались в атаки и совершали марш- броски с полной  солдатской выкладкой. И всю эту солдатскую науку бойцы и командиры повторяли каждый день. Кое- кому не верилось, что они попадут на передовую и будут по- настоящему стрелять и уничтожать врага.

 

Вот и сегодня весь день они рыли ячейки, затем углубляли их в окопы, потом соединяли их в сплошную траншею, а затем вели « бой» с фашистскими танками.  Уставшие, они поздним вечером возвращались в палатки. Глубоко дыша, смотрели на утомленные лица своих товарищей,  которые,  не  доходя до солдатской постели,  засыпали  на ходу.

Но, несмотря на стремительное продвижение немцев к Москве, отдельный добровольческий батальон еще держали во фронтовом резерве, не спешили вводить в настоящий бой. И это несмотря на  потрясающие события, которые обрушились на страну одно за другим: немцы рвались к Москве, захватили Гомель, пал Кишинев, не устоял в жестоких боях Смоленск, под угрозой захвата и порабощения был Киев, а батальон продолжал   изучать военное дело.

 

Добровольцы слушали сводки Информбюро, сжимали кулаки, скрипели зубами. Уже ни для кого не было секретом, что в  подмосковных районах  шла эвакуация заводов, постепенно пустели города. Люди уходили на Восток вместе со своими предприятиями.

Командир батальона участник гражданской войны,  Иван Тарасенко    очень  переживал неудачи Красной Армии, в рядах которой он сражался под  Царицыном,  день за днем отмечал новую линию фронта, которая все ближе и ближе приближалась к Москве.

Он, который сражался в гражданской войне, заслужив высокую боевую награду орден Боевого Красного Знамени без стеснения ругал командиров, громко спрашивал себя- за что же мы их кормили, одевали?  Чем же они занимались, раз не  научились громить врага ?        « Ну скажи мне, товарищ  Матвей, не прав я ?»

Младший политрук хмурился, строго одергивал Ивана Тарасенко за излишнюю поспешность в его суждениях. А через два дня Красная Армия под Ельной погнала фашистов. Личный состав ликовал, можно было подумать, что это наступление уже решила исход всей войны.

Политрук Матвей \  Моше \ , читая бойцам сводку, сиял от радости. « Побежал фриц, только пятки сверкают».  А неделю спустя батальону сыграли боевую тревогу, и он вышел на боевые рубежи, заняв передний край обороны  Юго -  Западнее  Вязьмы.

 

На рассвете после массированного артиллерийского- минометного огня батальон принял первое боевое крещение- он пошел на штурм господствующей высоты, откуда немцы вели непрерывный огонь по нашим обороняющимся частям. 

Тарасенко отчетливо видел, как высота и ее  восточный склон в течение часовой артподготовки были охвачены сплошной стеной разрывов. Точные координаты определили прямые попадания снарядов и мин, вырывая из земли основные укрепления врага, сокрушая его в окопах, блиндажах, дотах и дзотах. 

Выполнив свою основную задачу, перемолотив передний край фашистов, артиллерия перенесла  свой огонь ближе, чтобы сопровождать наступающих бойцов. Тут же взлетели ракеты, призывающие командиров и политкомиссаров поднять бойцов в атаку.

Командир батальона, увидел, как из траншеи первой роты первым с пистолетом в руке выскочил политрук Матвей и во весь голос закричал: за мной..ой..ой!  В атаку на врага, вперед!  Этот крик всколыхнул  бойцов, сидящих в траншее. Трудно впервые в жизни встать из укрытия, выйти навстречу врагу, где смерть свободно гуляла на поверхности.

 

Именно это понимал бывший воин- участник гражданской войны командир батальона, который рывком вспрыгнул на бруствер и во весь голос повторил короткий приказ политрука Матвея Фельдмана: За мной..ой..ой! В атаку, вперед!  И весь батальон рота за ротой, взвод за взводом, отделение за отделением, как волны в бушующем море двинулся вперед, ломая сопротивление фашистов.

 

Батальон с победным криком Ура..а..а! обрушился на высоту и  словно лавина, спускавшаяся с гор,  сметала все на своем пути. Бой усилился в траншеях врага, цепи атакующих бойцов  смело  работали штыками, прикладами, не воспринимая происходящего. Через час бой стих, стратегическая высота была взята, разгромленный и обессиленный враг поспешно покидал передний край и  наспех удалялся в глубину обороны своих частей.

 

Иван Тарасенко с большим трудом передвигался, обессиленное немолодое тело ныло. Он тихо отдал  распоряжение: « Проверить личный состав и оружие», командиры  рот, взводов и отделений приступили к проверке.  Ведь это  был  первый  настоящий бой  с озверевшим противником.   Узнав от санитаров о тяжелом ранении младшего политрука Фельдмана, командир батальона никак не реагировал на успокаивающие слова начальника штаба батальона.

Подойдя к лежащему Матвею, командир присел на колени и тихо проговорил: « Спасибо тебе, Матвей, но я очень прошу тебя, не молчи, скажи хоть слово. Слышишь, мой боевой друг, ты должен жить!»  И в ответ командир услышал- « Да Иван- да мы еще повоюем!».

Обняв своего боевого друга, командир батальона коротко произнес: « Представить к ордену Красной звезды». Начальник штаба батальона Никола Гриценко  тихо  ответил: « Так точно товарищ командир - он достоин этой высокой награды».   Многие бойцы отдали свои жизни при взятии высоты.

В ходе двухнедельных боев батальон понес значительные потери в живой силе и боевой технике. Атаками и контратаками личный состав измотал свои  силы - нужна была передышка , перегруппировка подразделений и пополнении батальона  оружием.

 

Переход  к активной обороне, которая длилась уже пятый день, дал  отдых бойцам, но не поправил положение батальона с численным составом и вооружением. И вот сегодня настал долгожданный день, когда прибыло пополнение, которое с большой радостью для всего личного состава привел орденоносец уже старший политрук Матвей Фельдман.

Батальон пополнили люди высокой моральной стойкости и  мужества. Они готовы были сражаться против нацизма до последнего патрона. Шло распределение бойцов по ротам и взводам.  Сержант  Розенберг  шел по приказу командира роты за своим пополнением.         Пригнувшись,  он  бегом проскочил по ходу сообщения , на простреливаемой фашистами и, нырнув в замеченную им ложбинку, пошел тихим обыкновенным шагом, на ходу он рассматривал место вчерашнего боя за ту высоту, на которой сейчас расположен штаб батальона и прибывшее пополнение.

 

Было удивительно тихо, немцы еще не очухались от полученных потерь, словно онемели, и сержанту Исааку Розенбергу показалось, что нет никакой войны, вокруг тишина и радость, а он идет не за пополнением, а на свидание к своей любимой девушке Элле.                           Этому  чувству способствовало не только спокойствие и тишина, но и письмо, которое вручил сержанту ротный почтальон. Элькале писала, что работает она в колхозе « Кизил орды» учительницей русского языка и литературы, что все живут сейчас одной  мыслью - работать так, чтобы помочь фронту, скорее разгромить фашистов.

« Вся наша школа во главе с директором Тартынбаевым тоже работает в поле, помогает убирать урожай, а ребята сбивают ящики для отправки на фронт солдатам посылок». В конце письма Элла сообщает с грустью о семьях, которым прислали похоронки и что слезы матерей, детей затмили всю их жизнь. И здесь учителям необходимо проявлять особые чувства -  помочь добрым, нежным утешительным  словом  семьям,  потерявшим родных и близких людей.

 

  « Тяжелая и очень трудная задача, но мы стремимся на каждом уроке рассказывать детям, кто такие фашисты, почему наши отцы , братья и сестры сражаются против них, стремятся освободить захваченные города и села. Знаешь, Исаак,- дети очень внимательно слушают и правильно  все воспринимают, потому что у каждого ученика есть свой фронтовой родственник «. Сержант  Розенберг несколько раз прочитал письмо перед отделением. Солдаты слушали, и каждый из них думал о своей жене,  девушке, матери и, конечно же, о своих детях, которые где-то далеко на Востоке учатся и слушают своих учителей.

 

И вдруг рядовой, немолодой солдат громко произнес: « Ничего, сынки, разгромим врага и освободим страну от извергов»! И сержант, обобщая успех батальона, всей группировки войск, громивших немцев на Ельнинском выступе, тоже думал, что период отступления Красной Армии закончен, фронт закрепился на дальних подступах к Москве, и фашистская армия больше не продвинется ни на шаг.

 

Сержант не предполагал, что  те, одержанные батальоном победы, явились скорее моральными, но не стратегическими, решающими, они продемонстрировали превосходство сражающихся бойцов над врагом. Враг был еще силен и опасен, он превосходил нас в военно- технической мощи, и эта мощь, несмотря на героическую стойкость личного состава батальона, не дает возможности продвигаться вперед, преследовать и уничтожить врага.

Сержанту Розенбергу и его отделению еще долго придется воевать, отбивать атаки врага и подниматься в контратаки.

Обратной дорогой сержант ни о чем не думал.  Он  шел  рядом с прибывшими,  оживленно беседуя , с  бойцами.  Ему очень хотелось знать как можно больше о них: где и кем работали, когда были призваны, и главное, прошли ли курс военной  подготовки. На все эти вопросы сержант получил достойный ответ. « Да, прошли, с иронией ответил молодой солдат- знаете, целых две недели рыли окопы, затем соединяли их». « Это хорошо»,- серьезно ответил с-т Розенберг.

И тут же добавил:  « Помните, что в обороне для бойца очень важен хорошо подготовленный окоп,  тогда  можешь устоять,  отразить атаку противника и сохранить свою  жизнь, продолжать сражаться до полной победы над врагом».  Новобранцы прибыли из самой Москвы, поэтому солдатам было интересно знать, как там живет Москва, как сражается.

Вновь прибывшие солдаты чуть ли не хором ответили: « Москва живет, борется и победит» и далее правофланговый солдат добавил- Правительство на месте и товарищ Сталин тоже..» И это было сказано с такой твердостью и серьезностью, что с-т Розенберг проникся большим уважением не только к тем солдатам, которых он получил в виде пополнения, а ко всему прибывшему личному составу. С такими молодцами воевать можно, они не подведут, удовлетворенно отметил про себя бывалый  солдат.  Разговор прервался.

 

Из поднебесья вынырнуло несколько фашистских стервятников. Сержант скомандовал: «Ложись, воздух  к  бою!» Сам внимательно следил за действиями новобранцев. Самолеты не сбросили свой  смертоносный груз, а продолжали полет в тыл наших подразделений.

И тут последовала команда « Отбой»!  Бойцы продолжали путь к своим подразделениям, прибыв , они улеглись спать. В тревожном сне  с-т  вскочил, он  ясно и четко услышал, что от немецких позиций раздался стальной грохот. Ощущение опасности пришло в следующую секунду, когда он увидел махину фашистского танка с черными крестами на борту.

В мгновение вся  оборона батальона буквально утонула в грохоте разрывов вражеских снарядов. Широким фронтом на обороняющихся бойцов шли танки, поддерживаемые артиллерийским и минометным огнем. « Гранаты, зажигательные бутылки к бою « !- раздался приказ командира батальона, затем многократно повторенный командирами рот, взводов и  отделений. « Танки при прорыве пропускать, забрасывать их  гранатами и бутылками! Пулеметчикам вести огонь на уничтожение пехоты врага ! » И бой закипел с особой силой, вновь прибывшие воины быстро изготовились к отражению атаки врага, громко заговорили их автоматы и пулеметы, противник не ожидал встречи с таким плотным огнем.

 

На помощь батальону ударили противотанковые орудия  Якова Гоглидзе , которые  вели точный огонь  по  танкам врага. В траншею первой роты прибыл старший политрук Матвей Фельдман, заменивший вышедшего из строя батальонного комиссара.  Он громко произнес:    « Красноармейцы! Не поддаваться страху, не паниковать. Помните, у всех у  вас есть гранаты и бутылки с горючей смесью».

В то же время батальонный комиссар почувствовал, как  холодная дрожь передернула его израненное тело.   Он впервые увидел такое количество танков,  сосредоточенных  на  узком  участке обороны батальона. Сержант Розенберг заместитель командира первого  взвода первой  роты  увидел приближавшийся к брустверу окопа тяжелый танк. Он быстро приподнялся, бросил подготовленную к бою гранату и кинулся на дне окопа.

Раздался оглушительный взрыв,  танк воспламенился, гусеница  растянулась,  и  танк закружился на месте. Из  горящей машины выскочили   немцы ,  а вновь прибывшие бойцы своим пулеметным  огнем  уничтожили  фашистов. Когда сержант поднялся, то увидел, что на него движется второй танк.  Он  что-то  крикнул, но его голос заглушил подпрыгнувший танк ,  который  был  подбит  славными  артиллеристами  батареи  Гоглидзе.

 

Танки противника  вдруг изменили  направление ,  и  пошли  на  фланги обороняющихся  бойцов. Бой гремел по всему фронту обороны батальона. Несколько танков прорвалось через окопы, обстреливая противотанковую батарею Якова Гоглидзе.  Командир первой роты погиб  от вражеского снаряда,  выпущенного  фашистским танком. Командование ротой взял на себя батальонный комиссар, который скомандовал: « Пулеметчики ! . Огонь по врагу «! Но пулемет  молчал. « Почему молчит пулемет?» охрипшим голосом крикнул Матвей и бросился к расчету. « Патроны! Патроны давай» - донесся его  голос до рядового Петренко.

 

Танк!  Дико крикнул второй номер пулеметчика! Сержант нащупал свою противотанковую гранату, с криком « Ложись»! бросил ее. Фашистский танк задымил, завертелся на одном месте и воспламенился. На бруствере окопа  появились искаженные лица не6скольких немцев, но Матвей с пулеметчиками своим метким огнем опередил врага. Положение с каждой минутой становилось все хуже и хуже. Все меньше и меньше оставалось бойцов. Погиб командир второй роты, тяжело ранен командир второго взвода, на исходе гранаты, бутылки, боевые патроны.

 

« Всем отходить к орудиям!» Батальонный комиссар понял, что если сейчас не отвести личный состав под защиту  артиллеристов, то они попадут  в мешок, их просто задавят танки. Батальонный комиссар с группой солдат выскочил из окопа и побежал к батарее. Он почти добежал до батареи Якова Гоглидзе,  когда  возле  орудия,  где стоял командир батареи разорвался тяжелый вражеский снаряд,  не стало ни орудия, ни боевого расчета,  которым лично командовал командир батареи, раненный Гоглидзе, после гибели  командира орудия сержанта  Апостолаки.

Комиссар метнулся к ближнему орудию, взяв радиостанцию в свои руки,  громко прокричал в микрофон: « батальон атакован множеством танков, 10-ть уничтожили противотанковые орудия батареи Гоглидзе, погибшего в боях с фашистами от взрыва вражеского снаряда, 8 подорвали гранатами, сожгли бутылками бойцы батальона. Немецкую пехоту мы положили огнем вновь прибывших и отлично сражавшихся бойцов.

 

Наши « Максимы» и теперь продолжают держать их прижатыми к земле, но без поддержки не удержимся. Батальон несет большие потери. Прошу огня!» Но ответа не последовало. Несколько секунд комиссар Матвей Фельдман стоял в растерянности. Затем увидел приближавшихся бойцов, которые прикрывали отход личного состава и скомандовал: « Занять круговую оборону, вести непрерывный огонь по врагу, артиллеристам прямой наводкой вести огонь по танкам противника».

И вновь загремел яростный бой. Один за другим вспыхивали вражеские танки. « Смотрите, они горят!» кричал наводчик орудия. В этой суматохе неравного боя  батальонный комиссар заметил, как фашистский танк выползает из лощины и двигается на  боевой расчет второго орудия, стремясь задавить его. Опередив выстрел танка противника Матвей метнул противотанковую гранату, « Есть еще один,-« крикнул кто-то из солдат. Больше батальонный комиссар ничего не слышал, не видел.

Он  очнулся в полевом передвижном госпитале. Это было второе тяжелое ранение, которое надолго приковало  боевого  политкомиссара  на больничную койку.

 Мужественно и стойко перенес  капитан Матвей Фельдман пять операции, а в 1943 году был уволен из Вооруженных Сил по инвалидности.

За мужество и стойкость в борьбе против нацизма офицер Матвей Фельдман был награжден двумя орденами Отечественной войны, орденом Красной звезды, медалями  « За оборону Москвы», «За боевые заслуги» и другими правительственными наградами.

 

Не  сбылись мечты Матвея дожить до дня Победы,  он скончался от тяжелых  ран , полученных  в  борьбе  против  фашизма , в  августе  1944  года  \ да  будет  благословенно его  имя \.,   В 1972 году его жена Лея с двумя сыновьями прибыли в Израиль. Оба парня Моше и Фройке отслужили в боевых частях Армии обороны Израиля, создали свои семьи. Два внука Матвея и Леи также стали в боевой строй защитников Эрец Исраэль.

 

Как  сложилась дальнейшая судьба Семена Розенберга и других  воинов-евреев , сражавшихся  против фашизма,  мы постараемся рассказать в одном из наших выступлений.

Автор считает, что учителя наших еврейских школ должны рассказывать на уроках истории учащимся о прошедшей кровавой  войне против нацизма, о героизме воинов- евреев проявленном  ими в этой смертельной схватки , а также о  воинах Армии обороны Израиля- наших внуках, которые продолжают славные боевые традиции своих дедушек и бабушек участников фронтовых и трудовых сражении во имя Победы над фашизмом.

 

Член пресс - центра Союза ветеранов  Второй мировой войны - борцов против нацизма

Лауреат конкурса на  историко - литературное произведение о воинском подвиге в годы Второй мировой войны имени Ицхака Зандмана и Авраама Коэна.